23 августа 1941 года в Ленинграде по обвинению в «распространении в своём окружении клеветнических и пораженческих настроений» был во второй раз арестован Даниил Хармс. В обвинительном заключении ему приписывались, в частности, слова о неизбежном поражении СССР, предстоящей осаде Ленинграда и голодной смерти его жителей. Одним из свидетелей обвинения стала переводчица Военно-медицинской академии Антонина Михайловна Оранжиреева, заявившая, что Хармс я«систематически проводил среди своего окружения контрреволюционную пораженческую агитацию». Оранжирееву подозревали в работе на НКВД - считается, что она была приставлена "наседкой" также и к Анна Ахматовой. После ареста Хармс прошёл судебно-психиатрическую экспертизу и был признан душевнобольным. В начале декабря 1941 года военный трибунал постановил направить его на принудительное лечение в психиатрическое отделение тюремной больницы при ленинградских «Крестах», где он и умер 2 февраля 1942 года от истощ...
25 августа 1936 года, спустя сутки после вынесения приговора, были расстреляны Лев Каменев и Григорий Зиновьев. После пыток подсудимые признались виновными по статье 58—8 (совершение террористического акта) и статье 58—11 (организация деятельности, направленная к совершению контрреволюционных преступлений) Уголовного кодекса РСФСР. Все приговаривались к казни через расстрел с конфискацией. По закону осужденные к смертной казни имели право в течение 73 часов обратиться в Президиум ЦИК СССР с ходатайством о помиловании. Президиум ЦИК проявил исключительную оперативность. Ходатайства осужденных по данному делу были рассмотрены немедленно. Ни одно из них удовлетворено не было. Приговор остался в силе. Зиновьев до последнего своего мгновения просил свидания со Сталиным, молил о пощаде. «Перестань же, Григорий, — промолвил Каменев. — Умрем достойно». Когда же пришло его последнее мгновение, Каменев не просил ни о чем и принял смерть молча.